Говорим Европа - подразумеваем Украина

В Стокгольме 18 ноября открывается, видимо, последний саммит Россия-ЕС в привычном формате. 1 декабря вступает в силу Лиссабонский договор, и Европа вовсю обсуждает кандидатуры будущих президента и министра иностранных дел Старого Света. Но пока одним из главных партнеров Дмитрия Медведева по переговорам станет Фредерик Рейнфельдт, премьер-министр Швеции, страны, из-за которой Москва чуть было не отказалась проводить этот саммит именно в Стокгольме.

Температура отношений со Швецией упала до рекордно низкого уровня - в основном из-за разницы в оценке югоосетинской кампании. Шведское председательство в ЕС российские дипломаты изначально оценивали как "недружественное". И предлагали перенести встречу в Брюссель.

Но чем ближе подходило время саммита, тем больше появлялось шансов на затухание конфликта. 5 ноября Швеция после долгих раздумий дала наконец согласие на строительство участка "Северного потока" в своих территориальных водах. Этот шаг в Кремле оценили: "Мы отмечаем проявленный руководством Швеции прагматизм и настойчивость, которые позволят эффективно и результативно провести как двусторонние переговоры, так и сам саммит", - заявил, предваряя визит в Стокгольм, помощник президента Сергей Приходько.

В этом смысле после вступления в силу Лиссабонского договора строить отношения с ЕС станет легче - отпадет зависимость от позиции той или иной страны. Сейчас каждый председатель Евросоюза (а эту эстафету европейские страны передают друг другу каждые полгода) выставляет свои приоритеты. Швеция, например, будучи в самом лучшем смысле слова повернутой на экологии, очень хочет обсудить на саммите борьбу с изменениями климата. А Москве здесь, кроме подписанного Киотского протокола и взятых в рамках "большой восьмерки" обязательств, добавить особо нечего. Но есть во вступающем в силу Лиссабонском договоре и возможные минусы для России: "Во многом переговоры и дискуссии с Евросоюзом будут сложнее, потому что они будут говорить одним голосом", - полагает Приходько.

Одна из основных тем саммита - как обеспечить бесперебойное снабжение Европы российскими энергоресурсами. На днях был подписан Меморандум о механизме раннего предупреждения о любых возможных сбоях в поставках, но он отнюдь не решает всех проблем. Это - борьба с последствиями, а не с причиной. Обсуждение энергетической безопасности, считает Приходько, в Стокгольме должно идти "с учетом украинского угла". Наиболее емко суть российских предложений в начале ноября изложил премьер-министр Владимир Путин: "Пусть Европа окажет финансовую помощь. Мы уже оплатили два с половиной миллиарда - пусть они хотя бы миллиард подкинут, пусть не прижимаются". В переводе на официальный язык эта фраза звучит так: чтобы избежать наступающей зимой проблем с поставками газа, европейцы могли бы предоставить Украине кредит на оплату российского "голубого топлива". Европа делать это не спешит.

Среди других тем саммита - борьба с последствиями финансового кризиса, новое базовое соглашение между Россией и ЕС, а также договор о европейской безопасности.

- Идея, высказанная Медведевым полтора года назад, заключается в том, что в Европе так и не создано целостного пространства безопасности, - говорит главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов. - ОБСЕ, чья правовая база закладывалась в совершенно другой исторический период, с этой задачей не справилась и постепенно редуцировалась до агентства по мониторингу выборов, преимущественно на постсоветском пространстве. Но сейчас на Западе усиливается понимание того, что в сфере безопасности далеко не все в порядке.