Пенсионный возраст в России повышать надо, тем более что статистика фиксирует рост продолжительности жизни и снижение смертности в странах, принявших такое решение, заявил в среду журналистам председатель Межгосударственного статистического комитета СНГ Владимир Соколин.

(фото с сайта journalist-pro.ru)

Пенсионный возраст в России повышать надо, тем более что статистика фиксирует рост продолжительности жизни и снижение смертности в странах, принявших такое решение, заявил в среду журналистам председатель Межгосударственного статистического комитета СНГ Владимир Соколин.

"Это тяжелое политическое решение, но чем дольше российские власти его откладывают, тем больше затягивают болезнь. Фонд - он не вечен, и кормить такое количество пенсионеров трудно", - сказал Соколин. По его словам, национальный проект "Здоровье" стал давать результаты не только в плане увеличения рождаемости, но и по снижению смертности, а значит по росту продолжительности жизни, отмечает РИА "Новости".

По данным, приведенным Соколиным, в России сейчас продолжительность жизни повысилась у мужчин до 62 лет с 57-58 лет несколько лет назад. "Только эти пять лет повышения продолжительности жизни у мужчин дают дополнительно 500-600 тысяч пенсионеров ежегодно", - сказал он. При этом возрастает экономическая нагрузка на работающих граждан, и "сохраняя пенсионный возраст, мы эту проблему усугубляем", продолжил Соколин. "На научном уровне мы эту проблему пониманием, на политическом, наверное, тоже, но решение не принимается, так как этот шаг непопулярен", - полагает Соколин.

По его мнению, сейчас можно было бы объявить о программе повышения пенсионного возраста и повышать его постепенно, например, ежегодно на два-три месяца. По словам главы Статкомитета СНГ, в тех странах, которые поднимали пенсионный возраст, и статистика это подтверждает, продолжительность жизни выросла, а смертность снизилась.

"Психологи говорят, что организм сам настраивается на то, чтобы работать и жить", - сказал он. Так, по словам Соколина, в странах Прибалтики, которые с 1994 года шли "в фарватере" решений Европы и повышали пенсионный возраст, продолжительность жизни росла, в отличие от России и даже Белоруссии, в которой этот показатель перед развалом СССР был самым высоким.