Уже весной наша страна вступит во Всемирную торговую организацию. Это уже не наш прогноз, это говорят американцы. Они наконец-то сняли все свои претензии и теперь реально помогают нам одолеть последний этап на пути к свободной торговле

Уже весной наша страна вступит во Всемирную торговую организацию. Это уже не наш прогноз, это говорят американцы. Они наконец-то сняли все свои претензии и теперь реально помогают нам одолеть последний этап на пути к свободной торговле. О том, почему США перешли вдруг от пустых слов к делу и как идет работа над итоговым документом, в интервью корреспонденту "Известий" Анастасии Савиных рассказал Максим Медведков, глава российской делегации на переговорах по вступлению в ВТО.

известия: Переговоры тянутся с 1994 года. "Точные даты" присоединения назывались не менее десяти раз. Каков последний прогноз?

максим медведков: Мы нацелены на то, что можем завершить этот процесс до середины 2011 года.

и: Почему все так затянулось?

медведков: Затянулось все по одной простой причине. Мы, Россия, очень большие. А раз мы очень большие, то интерес к нашему присоединению тоже большой. По сути мы ведем речь о большом коммерческом контракте. От присоединения к ВТО мы получаем большие права. Но за это мы должны заплатить.

и: Вам не кажется, что цена слишком высока?

медведков: Мы не считаем, что переплачиваем. И за присоединение к ВТО мы не будем платить больше, чем оно того стоит. Хотя у многих наших торговых партнеров с самого начала было желание от российского пирога откусить самый большой кусок.

и: Например?

медведков: До последнего момента некоторые наши партнеры просили, чтобы пошлины на автомобили у нас были близки к нулю, чтобы внутренние и мировые цены на энергоносители, прежде всего на газ, были унифицированы. И таких требований, которые не могли быть удовлетворены в принципе, мы получали в начале переговоров ежемесячно пачками. Всем приходилось объяснять, почему "нет", а это время.

и: В какой-то момент эксперты начали говорить, что Таможенный союз преградил нам путь в ВТО. Так ли это?

медведков: Такая ситуация действительно имела место. Мы честно предупреждали о наших планах по Таможенному союзу начиная с конца 90-х годов. Но в это никто не верил. А когда это вдруг случилось, народ сильно удивился - как это? Хотя во всех наших официальных документах у нас этот Таможенный союз был описан. Потребовалось девять месяцев для того, чтобы партнеры убедились в том, что в целом союз построен на основе тех же правил, которые существуют в ВТО для таких объединений.

и: И что в итоге?

медведков: Сейчас мы примерно на середине пути редактирования Доклада рабочей группы. Но я вам скажу начиная с 2000 года у нас было более полутора тысяч раундов переговоров.

и: А сколько это в часах?

медведков: У нас один раунд может длиться день, два, три, четыре. Можете себе представить. А в целом у нас было 56 партнеров на переговорах по товарам, 28 - по услугам. Это - абсолютный рекорд для стран, которые присоединялись к ВТО.

и: Претензии по интеллектуальной собственности сняты?

медведков: Сейчас все законы, о которых мы договаривались, приняты. С этой точки зрения проблем нет. Проблемы есть в сфере правоприменения, но все прекрасно понимают, что в течение суток невозможно внедрить гражданам идеальное правосознание.

и: Как решился вопрос с поддержкой сельского хозяйства?

медведков: Те предложения, которые были сделаны в ВТО, ни в коем случае не ведут к сокращению тех объемов поддержки, которые сейчас Россия оказывает АПК. Все наоборот. Я хотел бы это подчеркнуть. Мы просим права увеличить эти объемы для того, чтобы реализовать программы поддержки, которые у нас есть сейчас. И вернуться к существующим объемам через 8-9 лет, когда программа будет реализована.

и: О каком уровне поддержки идет речь?

медведков: Сейчас мы тратим примерно 4,5 млрд долларов (это уровень 2008 года). Но мы хотим увеличить эти объемы примерно до 9 млрд и потом постепенно снизить обратно до 4,5 млрд.

и: Грузия и раньше серьезно тормозила процесс, жалуясь, что подвергается торговым санкциям, а теперь и вовсе заявляет, что часть ее территории оккупирована и торговля там парализована. У вас будут переговоры с Грузией?

медведков: Представители Грузии участвуют во всех многосторонних консультациях. У нас за последний год было порядка девяти раундов таких консультаций. Там сидят грузинские представители, задают вопросы, комментируют наш торговый режим... Об этом мало кто знает, но в 2008 году мы были очень близки к подписанию документов с Грузией. Но в апреле 2008 года, когда документ был практически готов, Грузия неожиданно прервала переговоры по пунктам пропуска. Потом был август. И мы все знаем, что произошло. После этого естественным образом возврат к этим договоренностям стал невозможен, поскольку карта мира изменилась.

и: Можем ли мы стать членом ВТО без согласия Грузии?

медведков: ВТО не политическая организация, и ВТО приняла много решений, которые дистанцируют эту организацию от политики. И это абсолютно осознанная линия, потому что, если бы на площадке ВТО решались и политические вопросы, организации просто не было бы.

Сейчас, если вы придете в ВТО и зайдете в зал, вы увидите, что за одним столом сидят страны, у которых давно нет дипломатических отношений (США и Куба, например), которые находятся в состоянии войны, которые ведут территориальные споры. Но все они мирно сидят, формируют правила мировой торговли, следят за их выполнением. Так что ни одна страна не может заблокировать присоединение другой. Если у Грузии будут вопросы торгового характера, мы готовы ее выслушать.

и: Пока что от уступок мы многое теряем...

медведков: У нас есть определенный объем потерь - порядка 2 млрд долларов в год теряют отечественные предприятия от тех ограничений, которые к нам применяются, исходя из структуры нашей торговли, которая в основном ориентирована на сырье. Если у нас задача перейти от экспорта сырья к экспорту интеллектуального продукта, товаров с высокой добавленной стоимостью, нам без ВТО просто не обойтись. Это невозможно. Никто не хочет взращивать себе конкурента. И если наши торговые партнеры не будут связаны обязательствами по ВТО в отношении России, найдется миллион способов, как наши товары и услуги оставить на нашей территории.