Это не просто один из самых талантливых и честных фильмов о войне. Это первая военная картина, посвященная женщинам. Не героиням тыла, не санитаркам, а бойцам, оказавшимся на фронте вопреки природе и логике, и оттого сюжет кажется особенно трагическим. О том, что происходило на съемках фильма, и о его счастливой судьбе корреспонденту "Известий" рассказала исполнительница одной из главных ролей - Сони Гурвич, актриса Ирина Долганова, работающая в знаменитом Нижегородском ТЮЗе

Это не просто один из самых талантливых и честных фильмов о войне. Это первая военная картина, посвященная женщинам. Не героиням тыла, не санитаркам, а бойцам, оказавшимся на фронте вопреки природе и логике, и оттого сюжет кажется особенно трагическим. О том, что происходило на съемках фильма, и о его счастливой судьбе корреспонденту "Известий" рассказала исполнительница одной из главных ролей - Сони Гурвич, актриса Ирина Долганова, работающая в знаменитом Нижегородском ТЮЗе.

От публикации повести Бориса Васильева в журнале "Юность" до экранизации прошло меньше трех лет - минимальный по советским меркам срок, и за год до выхода фильма состоялась шумная премьера "Зорей..." в Театре на Таганке в постановке Юрия Любимова, подогревшая интерес к теме. Кинопремьера оказалась не менее удачной: в 1972-м фильм Станислава Ростоцкого получил специальный приз в Венеции и номинацию на "Оскара", не говоря о многочисленных наградах дома. Спустя почти 40 лет после съемок он современен как никогда. Его легко сравнивать с новыми картинами о войне - не в пользу последних. Посмотрите на игру актеров, на точность кадров - и почувствуйте разницу. Да, сегодня режиссеры смелее и могут больше себе позволить... Например, показать на экране обнаженную грудь. Но куда той груди до нежных, будто излучающих свет тел в знаменитой сцене в бане, которую в пуританские годы развитого социализма чудом выпустили на экраны, и Ростоцкому пришлось уговаривать на нее своих юных актрис: "Девочки, мне надо показать, куда попадают пули. Не в мужские тела, а в женские, которые должны рожать..." Он показал - и все заплакали. И плачут до сих пор.

известия: Ирина, как бы вы определили жанр фильма "А зори здесь тихие"?

Ирина Долганова: Во-первых, это все-таки исторический фильм - не просто рассказывающий о войне, а снятый людьми, прошедшими через нее. В первую очередь это сам Станислав Иосифович Ростоцкий: он был тяжело ранен, его чудом спасла девочка - санитарка, которая на своих плечах перетащила его через линию фронта до ближайшего медсанбата. Этой девочке он и посвятил свой фильм. Через фронт прошли и директор нашего фильма Рималис, и главный художник, и парикмахер... Может, как раз это и явилось залогом успеха.

и: Съемки происходили в карельских лесах. Вряд ли живая природа подстраивалась под замыслы людей, наверняка с этим были связаны какие-то трудности.

Долганова: Трудностей была масса. Мы объездили Карелию вдоль и поперек и забирались в такие дебри, куда нужно было даже прокладывать для нашей техники отдельную колею. Просто прорубали дороги, чтобы провезти тяжелую технику, чтобы была энергия своя для камеры и осветительных приборов. Еще было сложное место - каменная гряда, которая оказалась настоящей гадючьей грядой - просто город гадюк. А место было такое удобное для съемок, что отказаться от него Ростоцкий не мог, и с гадюками велась долгая жесткая борьба, чтобы на какое-то время выжить их оттуда. К сожалению, мы победили, потому что мне, в общем, жалко было этих змей - это часть природы нашей. И я помню, там были страшные комары. Не помогали никакие жидкости, которыми обливали и камеры, и осветительные приборы, и нас с ног до головы. Всё равно мы от них страдали. И не только от укусов. Сегодня снимается фильм, и сразу можно отсмотреть материал и понять, надо ли переснимать. А тогда отснятый материал отправляли в Москву - на поезде или самолете, там это проявлялось, пересылалось назад, отсматривалось, и только после этого становилось понятно, можно ли оставлять тот или иной дубль. Из-за этого происходили долгие перерывы в съемках. Все думали: "Ну вот, вроде бы хорошо отсняли..." А потом приходил материал, и выяснялось, что крупным планом - большущий комар, которого мы не заметили, а он летает и жужжит. И из-за такой мелочи приходилось переснимать весь эпизод.

И очень трудным местом оказалось болото - настоящее, соединяющее Карелию с Финляндией, место по-настоящему военное, через это болото в Финскую войну лазутчики, переодетые в женскую одежду - в бабушек, якобы ходивших на болото за морошкой, переправлялись какими-то тайными тропами, чтобы узнать расположение противника. Это место настолько опасно, что, прежде чем нас туда пустить, специально вехами прокладывали дорожку, с которой нельзя было сходить во время съемок. То есть шаг в сторону - и ты действительно могла утонуть. На берегу целый батальон дежурил - вдруг что-то случится, чтобы прийти к нам на помощь. Кроме того, в Карелии водятся клещи, в том числе энцефалитные, которых все боялись. И Ростоцкого укусил клещ. В медчасти ему этого клеща вытащили, но потом он прошел курс лечения, очень болезненного и тяжелого еще тем, что нельзя было даже граммуленьку спиртного выпить, и необходимо было соблюдать строгую диету. И Станислав Иосифович ее не нарушал, пока не выяснилось, что клещ - не энцефалитный.

Для всех актеров, кроме Ольги Остроумовой, картина стала дебютом на большом экране 29 сентября 2002 года, Карелия. 30-летие фильма "А зори здесь тихие... ". В доме Владимира Михайлова (слева), где снимались эпизоды фильма (справа налево): Ирина Шевчук, Ирина Долганова и Андрей Мартынов за чаепитием

и: Я слышал, что на съемках вы подружились с Лидией Николаевной Федосеевой-Шукшиной. Но в фильме ее нет.

Долганова: У нее был замечательный эпизод, который она, к сожалению, не успела доснять, и Ростоцкому пришлось брать другую актрису. А не успела из-за Василия Шукшина, который просто обрывал телефоны Ростоцкому и с ней ругался, чтобы она срочным порядком вернулась в Москву, потому что он приступает к съемкам "Калины красной" и "хватит там гулять, давай возвращайся к мужу, к детям". Сейчас Лидия в передачах рассказывает, как они не могли даже на короткий срок расстаться, так вот я была как раз свидетельницей этого. Но пока она была еще у нас на съемках, мы действительно очень тесно общались с ней и дружили втроем, еще с Аллой Мещеряковой, очень интеллигентной, - она играла хозяйку старшины Васкова. Удивительно талантливая актриса, по жизни незаметный скромный человек.

и: Если я не ошибаюсь, "Зори" были сделаны очень быстро по тем временам.

Долганова: Это абсолютно точно. Тогда обычно на съемки двухсерийного фильма уходило года два. Ростоцкий решил снять за полгода...

Полностью материал читайте на сайте "Известия-Неделя"