Один из лидеров грузинской оппозиции - экс-спикер парламента Нино Бурджанадзе рассказала тбилисскому еженедельнику "Асавал-дасавали", что Михаил Саакашвили еще 3 августа 2008 года делился с ней своими военными планами. "Он говорил, что мы возьмем Цхинвали за одну ночь", - заявила Бурджанадзе

(фото: REUTERS)

Один из лидеров грузинской оппозиции - экс-спикер парламента Нино Бурджанадзе рассказала тбилисскому еженедельнику "Асавал-дасавали", что Михаил Саакашвили еще 3 августа 2008 года делился с ней своими военными планами. "Он говорил, что мы возьмем Цхинвали за одну ночь", - заявила Бурджанадзе.

Фактическая отставка Бурджанадзе состоялась 21 апреля 2008 года. После этого с Саакашвили она долго не встречалась. Августовское "свидание" с президентом оказалось первым после того, как разошлись пути-дорожки двух вождей "революции роз". В то время экс-спикер еще не перебралась в оппозицию, так что желание Саакашвили "посоветоваться тет-а-тет" со старым соратником вполне понятно.

- Мы встретились в резиденции 3 августа, в воскресенье, в пять часов вечера. Говорили приблизительно час и двадцать минут, - вспоминает Бурджанадзе. - Я ему сказала, что война с Россией закончится для Грузии катастрофой. Саакашвили же уверял, что мы возьмем Цхинвали за одну ночь. На это я ответила, что так не получится. Во-вторых, взятие Цхинвали не означает решения проблемы. А еще я сказала ему, что даже если мы вернем Южную Осетию военным путем, то навсегда потеряем Абхазию. С этим Саакашвили согласился.

Нино Анзоровна припомнила еще несколько бесед и споров с президентом и его ближайшим окружением: "Они говорили, что у русских - ржавые танки, что мы выиграем войну, разгромим их, дойдем чуть ли не до Москвы".

Вообще интервью получилось скандальным. Бурджанадзе рассказала, как грузинские спецслужбы контролировали ход встречи лидеров оппозиции с вице-президентом США Джозефом Байденом.

- Я не сомневаюсь, что эту встречу записывали, - заявила она. - Все дипломаты в Грузии знают: их телефоны прослушиваются, их встречи отслеживаются. Я знаю, что один дипломат высокого ранга после одной такой встречи заявил протест заместителю министра иностранных дел Гиге Бокерии.