Потребность в амбициозных репортерах-"парашютистах" у большинства СМИ, экономно полагающихся на парочку (в лучшем случае) мировых информационных агентств, также исчезла. Мышление владельцев массмедиа не обременено сложными силлогизмами: "В интернете при желании можно найти все что угодно. Зачем париться?"

В 1940 году состоялась премьера фильма, номинированного вскоре на шесть "Оскаров" и понравившегося даже Геббельсу, хотя в картине повествовалось о том, как лихой американский репортер Джонни Джонс, отправленный в Европу, сорвал заговор нацистов. Фильм назывался "Иностранный корреспондент" и помимо всего прочего нес послание: малообразованный сотрудник отдела криминальной хроники способен справляться с работой журналиста-международника не хуже, чем профессионал-страновед, - главное, чтобы азарт был.

Даже в названии этой динамичной киноленты содержалась ошибка. В английском - по крайней мере на родине этого языка - слова "корреспондент" и "репортер" не синонимы. "Корреспондент" - это специалист в определенной сфере (например, в области здравоохранения или по проблемам Ближнего Востока), а "репортер" - журналист, пишущий о чем прикажет начальство, сотрудник более низкой квалификации, всегда "на подхвате".

Однако беда современной международной журналистики состоит не только в том, что мы лишаемся (и уже почти лишились) высококвалифицированных корреспондентов, работающих за рубежом. Потребность в амбициозных репортерах-"парашютистах" у большинства СМИ, экономно полагающихся на парочку (в лучшем случае) мировых информационных агентств, также исчезла. Мышление владельцев массмедиа не обременено сложными силлогизмами: "В интернете при желании можно найти все что угодно. Зачем париться?" Им бы прислушаться к исполнительному редактору "Нью-Йорк таймс" Биллу Келлеру: "Хорошая журналистика дешевой не бывает. Вам не удастся найти много блогов или некоммерческих сайтов, которые возьмутся создать бюро в Багдаде".

Как это ни парадоксально, но в век глобализации мы стали хуже знать, как и чем живут другие страны и народы, скользим по поверхности. Когда-то Джон Кеннеди заявлял, что извлекает больше полезной информации из "Нью-Йорк таймс", чем из докладов ЦРУ. Вряд ли эту сентенцию когда-либо повторит Барак Обама, хотя аналитики ЦРУ - достаточно вспомнить процесс развязывания войны США против Ирака - семи пядей во лбу явно не обрели.

"У нас исчезает понимание мира", - говорит бывший шеф бюро журнала "Тайм" в Иерусалиме Мэтт Бейнон Рис, плюнувший на журналистику и начавший строгать детективы. И кто ж с ним поспорит?

"Вашингтон пост" публикует "наболевшее" Памелы Констейбл, отработавшей в 35 государствах: "Сегодня американцам надо понимать борьбу людей, проживающих далеко от нас, лучше, чем когда-либо. Наши войска воюют в Ираке и Афганистане - странах, о которых мы недостаточно знали, когда вторгались на их территорию, и до сих пор пытаемся понять. Мы стали жертвой иностранных террористов, но до сих пор не можем понять, почему нас кто-то может ненавидеть".

Это американский кошмар, скажете вы. Но отечественный - неподалеку.

Весной этого года в одном из уважаемых московских вузов я решил дать легкий тест студентам-старшекурсникам, формально готовящимся стать "иностранными корреспондентами" (слова взял в кавычки, так как часть ребят признались, что не питают надежд найти работу по специальности). Из 15 человек никто не назвал хотя бы одного журналиста-международника, чье творчество отслеживал бы, многие затруднились назвать интернет-ресурсы, которыми пользуются для получения международных новостей на регулярной основе, а если и называли, то, как правило, сайты-агрегаторы или поставщиков вторичной информации - lenta.ru, rbc.ru, newsru.com. Восемь человек не смогли вспомнить, кто является Генеральным секретарем ООН (среди ответов был - "Кондолиза Райс"), 11 - кто занимает такую же должность в НАТО. Один студент затруднился назвать фамилию министра иностранных дел России.

"Картинка" - царь и бог. Еще в 1930-м теоретик кино Рудольф Арнхайм в книге "Фильм как искусство" предсказывал, что люди начнут путать мир, воспринимаемый эмоциями, и мир, объясняемый разумом, и поверят, будто видеть - значит понимать. Именно этот феномен мы сейчас и наблюдаем. Все видят фактически одинаковые "картинки", размножаемые телеканалами, но почти никто не понимает, что происходит на самом деле, хотя большинство уверено в собственной блестящей осведомленности. Триумф телевидения или горе уму?

Бывший президент "Эн-би-си ньюс" Ревен Фрэнк поучал: "Работа журналиста состоит в том, чтобы вычленить (из события или явления) важное и сделать это важное интересным". Сейчас миссия, по-моему, изменилась. Задача, на которую нацелены преобладающие коллеги: "Вычленить "интересное" из любой ерунды". Если говорить о международных новостях, то это означает приоритет перманентной трагикомедии Пэрис Хилтон или другого жеманного ничтожества над скрупулезным анализом происходящего и реально значимого в Афганистане или Зимбабве. Руководитель одного из крупнейших российских телеканалов в приватной беседе сообщил: как только весьма популярный ведущий - звезда канала - решил побеседовать со своими гостями на международную тему - о суверенитете Косово (а там в подавляемом меньшинстве, между прочим, остались православные братья-славяне!), рейтинг передачи резко упал.

Лишь четыре американские газеты сохранили на сегодняшний день иностранных корреспондентов - остальные живут по агентствам и "картинкам". Кроме одного корреспондента Эн-би-си в Найроби (Кения) у США, если не считать Си-эн-эн, вообще не осталось телекорреспондентов в Африке, где проживают 2 млрд человек. Год назад о ликвидации последних трех загранбюро - в Иерусалиме, Берлине и Боготе - объявила дышащая на ладан "Бостон глоб". В декабре 2007-го закрылся последний зарубежный корпункт "Балтимор сан", находившийся в Москве на протяжении полувека, и уехала его заведующая Эрика Нидовски. Редакторы не сочли нужным опубликовать ее последний репортаж из нашей столицы, потому что она писала о том, что "завершается глава в истории журналистики, ведущая отсчет с 1887 года". А ведь было время, газета "Балтимор сан" имела офисы даже в Рио-де-Жанейро и Дели! Ее корреспонденты знали иностранные языки, политико-экономическую ситуацию и культуру других стран. Тех, кто отправлялся в Советский Союз, порой полгода учили русскому... Вместе с "сестричками" - "Чикаго трибюн" и "Лос-Анджелес таймс" - теперь уже сама газета, а не ее корпункты, оказалась на грани исчезновения. Ничего не сведущий в журналистике владелец холдинга Сэм Зелл, риэлтор-спекулянт, решил избавиться от убыточных и непонятных ему СМИ, на которых пытался нажиться, как на недвижимости.

Ладно, он. Ладно, они. Но мы-то, мы! Был период, когда не менее 4-5 советских (российских) медийных структур имели своих представителей в наиболее важных точках земного шара (не считая полностью укомплектованных бюро информационных агентств). Ныне на смену этим представительствам пришли либо разрозненные ветераны международной журналистики пенсионного возраста, которые после развала СССР остались в странах своего последнего пребывания, либо люди вообще случайные и не особо компетентные, кондово переписывающие сообщения местных СМИ, но, тем не менее, умилительно пытающиеся создать "эффект своего присутствия". Благодаря интернету и из-за разницы во времени мы, в Москве, читаем материалы, послужившие основой для их депеш, еще до того, как эти "корреспонденты" просыпаются (или ложатся спать).

Завалы очень существенного остаются "за кадром". Дико, абсурдно и, возможно, летально, но другого в век стремительного развития телекоммуникаций нам, выходит, не дано.