В Вологодской области пресечена деятельность тимуровской команды. Детдомовцы под руководством своего воспитателя помогали инвалидам и одиноким пенсионерам. За что и попали под статью. Рашу судят. Обвиняют в незаконной порубке леса. 53 березы, 32 ольхи, одна осина. Это жена зовет его Рашей, а судья — Рафаилом Александровичем Пановым. 52 года, прежде не судим, бывший замполит полка, а нынче воспитатель детдома в деревне Игумновская. Трое детей собственных и 37 казенных. "Встать, суд идет!"

Дети помогли Анне Николаевне Облузиной пережить еще одну зиму (фото: Дмитрий Филимонов)

В Вологодской области пресечена деятельность тимуровской команды. Детдомовцы под руководством своего воспитателя помогали инвалидам и одиноким пенсионерам. За что и попали под статью.

Рашу судят. Обвиняют в незаконной порубке леса. 53 березы, 32 ольхи, одна осина. Это жена зовет его Рашей, а судья — Рафаилом Александровичем Пановым. 52 года, прежде не судим, бывший замполит полка, а нынче воспитатель детдома в деревне Игумновская. Трое детей собственных и 37 казенных. "Встать, суд идет!"

Сельский суд — праведный. Судья в черной мантии-рясе. За окном мычит корова, кукарекает петух, вжикает пила. Воспитатель Панов стоит перед судьей — руки по швам, огромные башмаки, штаны гармошкой.

Сельский суд — мудреный. Постановляет взыскать с ответчика стоимость порубанных берез, ольхи и одной осины — 922 рубля 55 копеек. Потом умножает на 50 — чтоб в другой раз неповадно было. И еще прибавляет первоначальную стоимость — за то, что  Панов и его воспитанники рубали древесину "в личных целях". В своих или в целях других личностей — про то судебные материалы умалчивают.

Сельский суд — скорый. Итого, ответчик должен заплатить 47 050 рублей и 5 копеек. У ответчика круглые от растерянности глаза, он отказывается платить. Он даже 5 копеек платить отказывается. Потому что у него есть "лесной билет" — документ, который разрешает ему рубить лес. Ордер № 154, выданный сельским лесхозом. Зеленый листок с печатью и подписями.

— За что они нас так?

"Нас", это его, Рафаила Панова, и пятерых детдомовцев — Ромку, Вовку, Артемку, Серегу и Кольку. "Они" — это лесхоз в лице инспектора Ивана Вячеславова.

Трудотерапия

Игумновский детский дом — коррекционный. Половина воспитанников — сироты. Половина — потомство алкоголиков. 10 лет назад, когда детдом создавался, жители деревни сход собрали: не желаем иметь под боком придурков, которые будут лазить в наши огороды, воровать клубнику и картошку. А детдомовские — не придурки вовсе, просто к жизни не приспособлены. Их надо учить жить. Не воровать, а честно зарабатывать деньги, пахать, сеять, ходить за скотиной, ездить на велосипеде, плавать в лодке, рубить дрова. Всему тому, без чего в деревне нельзя. У детдома восемь гектаров пашни, огород, трактор, скотный двор, мастерские — швейная, столярная, обувная — и пасека. Дети как пчелы пашут.

Славка с Дениской ульи чистят. Дядя Леша — истопник и по совместительству пасечник — вытаскивает из улья рамку с медом.

— Дымни сюда, — говорит дядя Леша. Славка качает мехи дымаря. — Смотрите, это пчелиная матка, их мама, — дядя Леша тычет пальцем в большую пчелу. Дети смотрят, разинув рты.

— А папа у них есть? — спрашивает Дениска.

— Папа у них трутень.

Каждый вечер после отбоя медсестра обходит спальни с банкой меда. Каждому воспитаннику перед сном полагается по ложке.

Панов и его мальчишки срубили 53 березы, 32 ольхи и одну осину (фото: Дмитрий Филимонов)

Детдомовцам за работу платят. Младшие за кроликами ходят, старшие — за телятами. Зарплату подсобных рабочих и дворников, которые положены по штату, детям раздают. Напоить животных — 50 копеек. Убрать навоз — 2 рубля. Принести сена — 25 копеек. Подмести территорию — 10 рублей в час.  Все это называется коррекционная воспитательная инновационная программа "Хозяин и хозяйка крестьянского подворья". Заработанные деньги воспитанники копят, а потом транжирят. На мороженое.

Теперь, спустя 10 лет, местные ничего не имеют против детдома. Потому что мальчишки и девчонки им картошку сажают, клубнику пропалывают. Теперь местные по ночам в детдомовский огород лазят.

Игумновский детский дом создавала выдающаяся во всех смыслах женщина — Зинаида Панова, директор. И муж ее Раша.

Иван Рафаилович против Рафаила Николаевича

Директору даже медаль дали — "За заслуги перед Отечеством". За эту воспитательную программу. Заготовка дров на зиму инвалидам и одиноким старикам — часть программы. Это в учебных планах прописано. Детдомовские три года рубили дрова старикам. Так было и прошлой осенью.

- А папа у них есть? - спрашивает Дениска. - Папа у них трутень (фото: Дмитрий Филимонов)

В октябре Рафаил Панов отправился в райцентр Тарногу — договориться с лесниками. Те отвезли его в лес, что рядом с деревней Курковская, и ткнули пальцем: рубить здесь. Потом он оплатил квитанции и получил ордер. Который позволяет ему рубить ольху на 12 гектарах в квартале № 10. Они с мальчишками всегда валили деревья в этом логу, ему всегда выписывали билет на десятую делянку. Лесники знали, что мальчишки рубят не для себя, а для одиноких пенсионеров, у которых каждая копейка на счету, и поэтому всегда писали в билете "ольха" — это самая дешевая, бросовая древесина. 

Панов, как всегда, нанял трактор с прицепом, погрузил в него бензопилу "Штиль", пятерых детдомовцев и отправился в лог. Они работали неделю — по часу в день. Потому что валить лес — тяжкая работа. А мальчишки — не профессиональные лесорубы. 9 ноября в разгар работы из лесу возник инспектор Иван Вячеславов. В сопровождении помощника и милиционера. И стал считать пеньки.

— Мы три дня в засаде сидели, — говорит инспектор Иван Рафаилович Вячеславов, — и поймали его с поличным. Его давно надо было пресечь.

Ему три года давали десятую делянку, а он рубил на девятой. Ему выписывали ольху, а он рубил все подряд. В ордере сказано валить только клейменые деревья, а он рубит неклейменые.

Вообще-то лесники не клеймят деревья. Хотя обязаны. Потому что это обременительно. Нужно стесать топором кору, потом размахнуться молотком-клеймом и — чпок — поставить отметину. Карту своих угодий тоже не знают — тычут в девятую делянку, выписывают десятую. Должно быть, это местная особенность — все путать.Райцентр называется Тарнога, так и на дорожных указателях написано, а в официальных документах — село Тарногский Городок. Или деревня Курковская, она же Климово, которая на самом деле зовется Ваймеш.


На суде лесники признали, что все напутали. Из постановления мирового судьи Тарногского района Вологодской области: "Ордер № 154 не может быть принят судом в качестве доказательства по делу, поскольку выписан с нарушениями законодательства". Что бы вы сделали дальше, будь вы мировым судьей? Правильно, вы бы сказали: забирайте, ребята, свои бумажки, возвращайтесь в контору, наведите там порядок, а потом уже иски вчиняйте. Мировой судья Тарногского района постановила: взыскать с воспитателя Панова штраф в полторы тысячи рублей и оплатить все порубленное в пятидесятикратном размере. За то, что детдомовцы помимо ольхи срубили березы. А также одну осину.

— Ну да, и береза попадалась, — развел на суде руками воспитатель Панов. — Так разве старикам от этого худо будет?

Еще он пытался убедить суд, что ему чужих пеньков насчитали. Потому что он и пятеро мальчишек не в силах заготовить за семь-восемь рабочих часов 29 кубометров древесины. Это дневная норма бригады мужиков-лесорубов.

Суд не внял. 

— Господин Панов должен понести наказание, — говорит главный лесничий Алексей Павлович Скороходов. — Другой человек скажет: почему его простили, а меня нет?

— У нас еще никто суды не выигрывал, — улыбается инспектор Иван Вячеславов.

— А вы знаете, что он эти дрова старикам продавал? — спрашивает судья Ольга Николаевна Семеникова. — Он же на стариках бизнес делал.

Свой "бизнес" воспитатель Панов приложил к материалам дела. По собственной инициативе. "Оформление лесобилета 400 руб. Бензин и масло к пиле 210 руб. Услуги тракториста 1800 руб." Он сложил все затраты — на солярку и запчасти, 1150 рублей на вознаграждение детдомовцам, да полторы тысячи за уплаченный по суду штраф, а потом разделил сумму на шестерых стариков. И взял с каждого по 1200 рублей. За машину дров. В чем получил расписки. Это не бизнес, это себестоимость.

Еще прошлым летом в Тарноге Панова остановил на улице местный бизнесмен.

— Ты цены на дрова сбиваешь, — сказал бизнесмен, — смотри, доиграешься!

Отчего погибли динозавры

Николай Александрович Окатов заплатил за дрова 2700 рублей. Потому что мальчишки ему две машины привезли. Николая Александровича окрестные жители зовут Астроном. В его избе нет астрономических приборов. Но зрение остро. Несмотря на 84 прожитых года. Он глаза тренирует. И разум. Недавно опубликовал труд под названием "Почему мир таков, каким мы его видим сегодня. Модель Вселенной". Когда детдомовцы колют Астроному дрова, он всегда их чаем поит и лекции читает. Про то, что Вселенная образовалась в результате сжатия материи в виде холодной плазмы, то есть способом сингулярности. Детдомовцы ничего не понимают, но слушают с интересом.

Николай Окатов вычислил массу Вселенной, но не знает как добыть дров на зиму (фото: Дмитрий Филимонов)

Астроном знает, отчего погибли динозавры и как рождаются астероиды, он вычислил массу Вселенной и описал ее будущее. Но как заготовить дрова без помощи детдомовцев — понятия не имеет.

— Для этого мне надо ехать в лесхоз, потом на делянку, искать лесорубов, нанимать тракториста. Мне это уже не под силу. Собес? Сельсовет? Какая помощь, о чем это вы? — пожимает плечами Астроном.

— А как вы раньше печку топили, пока детдомовские не появились?

— Чем бог пошлет.

В отличие от Астронома Юрий Александрович Чахутин в сельсовет обращался.

— Там говорят: выпиши лесной билет, найди трактор, людей, мы тебе все расходы оплатим. А мне сойти с крыльца — пытка.

У Чахутина нет ступней. И кистей рук тоже.

Прошлой осенью Анна Николаевна Облуздина от дров отказалась.

— Чую, — говорит, — пришла пора помирать. Не переживу зиму. Так зачем дрова переводить, деньги тратить? Лучше на похороны сэкономить. "Глупости говорите! — кричал Панов, разгружая с воспитанниками машину дров. — Еще поживете". Зиму Анна Николаевна пережила. Теперь на крыльце сидит, на солнце греется.

— Спасибо вам, Рафаил. И вам, детки, спасибо.

"Дров не будет"

— Панов не та птица, чтобы про него в газетах писать, — говорит инспектор Иван Вячеславов. — Но если мы прессу поднимем, ему мало не покажется.

Стороны готовы к продолжению боя. Воспитатель Панов обжаловал решение мирового судьи. 29 мая вышестоящий районный суд вновь будет рассматривать дело о березах, ольхе и одной осине.

На сей раз Панов подготовился к суду. Нанял адвоката. Да не местного, а из Вологды. За большие деньги.

Один его приезд в пять тысяч обойдется. Когда был в Вологде, встретился со старым лесником, попросил консультации. Тот выслушал историю Панова и спросил:

— А вы с ними делились?

— С кем? — не понял Панов.

— Ну, тогда с вами все ясно, мил человек, — развел руками старый лесник.

Директор детдома — выдающаяся во всех отношениях Зинаида Панова намерена вычеркнуть из учебных планов графу "заготовка дров инвалидам и одиноким старикам".

— Никаких дров в этом году не будет, — говорит она.

— Стариков жалко, — вздыхает Раша.

— Хватит, нарубались.

Вологодская область, Тарногский район, деревня Игумновская