Быть правым в России в наши дни означает быть государственником, патриотом, националистом, ратовать за политический и культурный консерватизм, укрепление веры и традиционной морали. Правые вовсе не обязательно "империалисты" или сторонники "особого пути России", но все в той или иной мере антизападники. Хорошо, скажут мне, но ведь многие левые - искренние антизападники, а среди либералов встречаются вполне искренние патриоты и т. д. Где же граница? Границ много, наиболее очевидная проходит по линии приоритетов. И левые, и либералы, если упрощенно, считают главным и основным свободу и материальное благополучие человека. При этом левые делают особый упор на социальную проблематику и в конечном счете на перераспределение общественного богатства, а либералы соответственно - на экономику. Правые, разумеется, не отрицают важности ни экономики, ни "социалки" и принимают многие конкретные идеи и проекты левых и/или либералов, но исходят из приоритета надчеловеческих ценностей, например патриотизма.

Виталий Иванов

Априори существуют три базовые идеологии - правая, левая и либеральная.

В 1990-е годы слова "правый", "правые" в российском политическом дискурсе были присвоены либералами. Это самозванство в сочетании с наследием советской пропаганды, клеймившей правых как врагов всего светлого и хорошего, привело к тому, что правыми у нас именуют либо тех, кто ими вовсе не является (членов СПС, а тем более "Яблока" и т. п. партий), либо ультраправых, дискредитирующих правое сообщество (национал-экстремистов, религиозных радикалов).

Кто такие правые? Быть правым в России в наши дни означает быть государственником, патриотом, националистом (в позитивном, т. е. в подлинном смысле этого слова), ратовать за политический и культурный консерватизм, укрепление веры и традиционной морали. Правые вовсе не обязательно "империалисты" или сторонники "особого пути России", но все в той или иной мере антизападники.

Хорошо, скажут мне, но ведь многие левые - искренние антизападники, а среди либералов встречаются вполне искренние патриоты и т. д. Где же граница?

Границ много, наиболее очевидная проходит по линии приоритетов. И левые, и либералы, если упрощенно, считают главным и основным свободу и материальное благополучие человека. При этом левые делают особый упор на социальную проблематику и в конечном счете на перераспределение общественного богатства, а либералы соответственно - на экономику. Правые, разумеется, не отрицают важности ни экономики, ни "социалки" и принимают многие конкретные идеи и проекты левых и/или либералов, но исходят из приоритета надчеловеческих ценностей, например патриотизма.

"Химически чистых" правых, левых и либералов встретить практически невозможно. В головах у абсолютного большинства людей уживаются, переплетаясь в самых разных вариантах, элементы двух, а то и всех трех базовых идеологий, хотя выделить какой-то приоритет все же обычно возможно. С политиками легче, хотя в массе все они конъюнктурщики и сознательные эклектики. Но в программах, установочных текстах, заявлениях нередко можно обнаружить какие-то доминанты.

Множество российских граждан, являющихся по своим взглядам самыми натуральными правыми, не отдают себе в этом отчета - в немалой степени из-за невежества СМИ и "экспертов", упорно продолжающих маркировать "правыми" либералов-западников. Этот порочный подход в сочетании с расхожим штампом "Россия - левая страна" приводит к парадоксу: у нас не было и нет ни одной сколько-нибудь заметной правой партии (право-левой или праволиберальной). При этом все партии первого-второго эшелона так или иначе используют правую риторику - и "Единая Россия", и КПРФ, и ЛДПР, и новообразованная "Справедливая Россия". Они же делят правый электорат.

Реальность сейчас такова, что перспектива любой партии зависит от позиции власти. А она, насколько можно судить, запускать какой-то специальный проект для правых пока не собирается. Это крайне сомнительная позиция, особенно на фоне перманентных разговоров о необходимости "новой либеральной партии". Совершенно очевидно, что необходима правая партия или, как минимум, сильное правое движение, которое могло бы в том числе консолидировать умеренных националистов, прекратить "приватизацию" национальной проблематики радикалами и экстремистами. Есть идейная база, есть люди, имеющие авторитет и безупречную репутацию в правом сообществе (например, Наталия Нарочницкая), есть множество правых предпринимателей, готовых помогать.

Нужно только политическое решение.