В ближайшую пятницу лидеры Евросоюза соберутся на неформальный саммит в финском местечке Лахти. Впервые на такой неформальный саммит приглашен Владимир Путин - предполагается, что за рабочим обедом с ним будет обсуждаться "стратегическое партнерство между Россией и ЕС, в том числе и в энергетическом секторе". Как раз последнее "блюдо" вряд ли окажется для сторон приятным: ровно за неделю до этого саммита Франция и Германия, самые влиятельные члены ЕС, приняли совместное заявление, по сути отвергающее последние российские инициативы в сфере энергетики. Они заявили о создании собственного двустороннего энергоальянса и призвали Россию ратифицировать Энергетическую хартию ЕС, невыгодную нашей стране. В заявлении Франции и Германии - четкий "сигнал" для России. Меркель и Ширак хотят развивать прямые отношения с ресурсодобывающими государствами Центрально-Азиатского региона и с транзитными странами, прежде всего с Украиной. Вывод, который можно сделать из этих заявлений, прост: Франция и Германия не верят в то, что Россия способна самостоятельно обеспечить энергобезопасность Европы.

Ангела Меркель и Жак Ширак договорились создать энергоальянс без третьих стран (фото: AP)

В ближайшую пятницу лидеры Евросоюза соберутся на неформальный саммит в финском местечке Лахти. Впервые на такой неформальный саммит приглашен Владимир Путин - предполагается, что за рабочим обедом с ним будет обсуждаться "стратегическое партнерство между Россией и ЕС, в том числе и в энергетическом секторе". Как раз последнее "блюдо" вряд ли окажется для сторон приятным: ровно за неделю до этого саммита Франция и Германия, самые влиятельные члены ЕС, приняли совместное заявление, по сути отвергающее последние российские инициативы в сфере энергетики. Они заявили о создании собственного двустороннего энергоальянса и призвали Россию ратифицировать Энергетическую хартию ЕС, невыгодную нашей стране.

В заявлении Франции и Германии - четкий "сигнал" для России. Меркель и Ширак хотят развивать прямые отношения с ресурсодобывающими государствами Центрально-Азиатского региона и с транзитными странами, прежде всего с Украиной. Вывод, который можно сделать из этих заявлений, прост: Франция и Германия не верят в то, что Россия способна самостоятельно обеспечить энергобезопасность Европы.

В Европе стало модно бояться Россию. Еще полгода назад европейцы были напуганы стремлением нашей страны выйти на новые рынки сбыта нефти и газа - в Китай и другие страны Азии. Еврокомиссары боялись, что им не хватит газа, если Россия построит газопровод "Алтай" в Поднебесную. В ЕС стали требовать от "Газпрома" гарантии поставок. "Газпром", в свою очередь, выдвинул свое требование - гарантий сбыта. Т.е. доступа к газораспределительным и сбытовым европейским сетям. Потом были обвинения нашей страны в "энергетическом шантаже".

Теперь, казалось бы, Россия сделала Европе неожиданный подарок. Одно из крупнейших в мире новых месторождений - Штокмановское - будет давать газ не для Америки, как планировалось раньше, а для Европы. Казалось бы, разногласий не должно остаться. Ведь европейцы будут обеспечены сырьем на десятилетия вперед.

Но не тут-то было. Европейцы все равно напуганы. Тем, что все больше и больше становятся зависимыми от российского сырья. И при этом не получают доступа к российским недрам и трубопроводам. А ведь так хочется! Именно из-за этого они требуют от России присоединения к Энергетической хартии.

Раньше им было очень легко. У России не было ни денег, ни технологий, чтобы осваивать собственные недра. Тогда и были придуманы "соглашения о разделе продукции" (СРП), по которым иностранцы получали доли в месторождениях и всю прибыль от них до того момента, пока не окупят собственные инвестиции. Иностранцы все больше раздували затраты - что грозило российскому бюджету недополученной прибылью, и в конце концов разгорелся скандал с месторождением "Сахалин-2". Там, напомним, Россия предложила американской компании Shell попросту выкупить ее долю.

На Штокмановском месторождении ситуация тоже не из легких. Проект оценивается в астрономическую сумму $20 млрд, из которых Россия рассчитывала вложить только 51%. За оставшиеся 49% иностранные компании устроили настоящую драку. За долю в месторождении наперебой предлагали технологии и деньги. Рассмотрев все предложения, "Газпром" решил поступить иначе — оставить Штокман полностью российским, а иностранцев привлечь в качестве подрядчиков.

Чем это не понравилось иностранцам? Ведь Россия усиливает позиции собственных национальных компаний, как это делало бы любое другое государство, обладая подобными колоссальными запасами нефти и газа, да и финансовыми возможностями.

Но иностранцы возмущены. Пожалуй, только американские партнеры "Газпрома" - Conoco Phillips и Chevron - не стали публично давать свои оценки. Норвежцы и французы своего разочарования не скрывали. "Это очень капиталоемкий проект, проект века. Такие дела во всем мире не делаются в одиночку", - сказала "Известиям" Инесса Варшавская, вице-президент Total по связям с общественностью.

Основной тезис - "Газпром" не справится в одиночку. Но ведь он и не говорил, что обойдется без иностранцев! Иностранные компании будут участвовать в проекте, но не как акционеры, а как подрядчики, которым платят за их работу. И это, конечно, лишит их возможности манипулировать с себестоимостью и зарабатывать на раздувании затрат, как это было на Сахалине. Это - главная причина возмущения.

Интересно, что заявления той же французской Total в России толкуют по-разному. Вице-президент Total Менно Грувель сказал, что "мы не сервисная компания, наша задача - иметь доступ к добыче в обмен на наш опыт и риск". Одни поспешили истолковать эти слова как отказ от партнерства с "Газпромом", другие - как продолжение торга, в ходе которого французы еще предложат "Газпрому" свои газотранспортные сети и отказ от ранее заключенных СРП. Вместе с тем понятно, что без привлечения западных корпораций на Штокмане не обойтись. Вопрос лишь в том, в каком качестве.

Не исключено, что обиженные европейцы теперь будут еще более рьяно отстаивать свой внутренний газовый рынок от попыток России войти в этот бизнес. Именно так можно трактовать действия федерального канцлера Германии Ангелы Меркель, которая договорилась с Францией создать энергоальянс внутри ЕС без участия третьих стран. То есть России.