В первую очередь в беспорядках принимают участие тинейджеры, среди которых популярен музыкальный стиль рэп. Если бы власти Франции обратили внимание на те тексты, которые произносят рэперы, особенно из числа выходцев из Северной Африки, то они бы поняли, что идет подготовка этого бунта. Мне могут сказать, что не надо путать призывы к насилию и свободу творчества. Но творчество творчеством, а призывы к насилию должны быть наказуемы всюду, где бы они ни находились - и в творчестве, и в газетных статьях, и в криках на улице. Тот, кто призывает к насилию, должен отвечать перед законом. К сожалению, французы этого не поняли, упустили ситуацию и получили страшные проблемы

Который день не стихают уличные погромы во Франции, захватывая все новые территории. Наряду с вопросами о причинах этих событий люди задаются вопросам: а почему власти оказались не готовыми к такому повороту? Как вести себя в подобных ситуациях? Отвечают отечественные политики, правоохранители, правозащитники, а также люди, хорошо знающие Францию.

Андрей Соколов, гроссмейстер, чемпион мира по шахматам в составе сборной Франции: "Государство должно защищать людей"

- Есть два пути, следуя которым можно потушить конфликт. Путь первый - компромисс. Нужно понять, почему люди устраивают беспорядки, выяснить, чем они недовольны, и постараться решить их проблему. Второй путь - силовой. Он всегда нежелателен, но если сегодня речь идет о безопасности граждан, которым угрожают устроители беспорядков, то, наверное, и силовое решение в данной ситуации может быть оправданным. Государство должно защищать людей, это ведь очевидно. Чтобы сделать однозначный вывод о мерах, которые целесообразно принимать французским властям, необходимо проанализировать закон об эмиграции. Если он несовершенен, то его следует поменять, это и будет тем самым компромиссом. Если сам по себе закон хороший, но не исполняется, то необходимо переломить эту ситуацию, а это как раз предполагает силовой вариант.

Николай Першуткин, начальник департамента охраны общественного порядка МВД России: "Я бы не останавливался на силовой составляющей"

Я знаком с представителями французской полиции, мы встречались, обменивались опытом - это хорошие профессионалы. Там, кстати, немало работает и выходцев из Алжира и других стран арабского мира. Думаю, полиция сделала все возможное в данной ситуации, но приходится с сожалением констатировать, что эти меры не дали необходимого результата. Но я бы не останавливался на силовой составляющей как на главном направлении обеспечения общественного порядка. Нужна тонкая предупредительная работа, прежде всего со стороны государственных структур. Нужно больше внимания уделять предупреждению проявления опасных экстремистских настроений, особенно в межнациональных отношениях. Я не думаю, что в России возможно развитие событий по «французскому сценарию». И я не рекомендовал бы никому прилагать какие-либо усилия, чтобы запустить такой сценарий. В России есть особые подходы в работе с населением, в профилактике и предупреждении правонарушений, в том числе экстремистского характера.

Михаил Федотов, секретарь Союза журналистов России, экс-посол России в ЮНЕСКО:  "Я бы отправил в отставку Николя Саркози"

Я бы, во-первых, продолжал жесткой рукой наводить порядок. Во-вторых, я бы отправил в отставку Николя Саркози. Кажется, что это вещи несовместимые, потому что именно Саркози и является той самой жесткой рукой. Тем не менее действовать нужно именно так. То, что сейчас происходит во Франции, спровоцировано политикой Саркози. Этот бунт во Франции зрел уже давно, и то невнимание, которое французские власти проявляли к нарастанию этих проблем, и привело к нынешнему результату.

В первую очередь в беспорядках принимают участие тинейджеры, среди которых популярен музыкальный стиль рэп. Если бы власти Франции обратили внимание на те тексты, которые произносят рэперы, особенно из числа выходцев из Северной Африки, то они бы поняли, что идет подготовка этого бунта. Мне могут сказать, что не надо путать призывы к насилию и свободу творчества. Но творчество творчеством, а призывы к насилию должны быть наказуемы всюду, где бы они ни находились - и в творчестве, и в газетных статьях, и в криках на улице. Тот, кто призывает к насилию, должен отвечать перед законом. К сожалению, французы этого не поняли, упустили ситуацию и получили страшные проблемы.

Мария Розанова, издатель: "Верховные мусульмане в ответе за тех, кого вырастили"

Я бы не спрашивала ничего с этих идиотов-подростков, а я бы спрашивала с верховных мусульман Франции. При том, что мусульмане очень почтительно относятся к своим старшим, так вот пусть старшие этим и занимаются. И с них я бы спрашивала очень жестко. Пусть верховные мусульмане и отвечают, поскольку они в ответе за тех, кого вырастили

Отар Иоселиани, режиссер: "Власти прячут голову в песок"

Все, что я понимаю, так это то, что президент ведет себя вяло. Надо для начала понять в чем дело, а власти ничего не понимают. Мне кажется, что они прячут голову в песок. И ничего неожиданного в этом нет. Просто люди уже доведены. Все приезжие всегда выселялись в дальние районы. Это абсолютно безобразная политика, не позволяющая приезжим стать нормальными гражданами. Очень жаль, что власти не понимают этого, ведь все могло бы быть иначе.

Анатолий Гладилин, писатель: "Давно надо было закрыть границы"

Это болезнь, которая развивалась во Франции в течение 30 лет. Это жертва политкорректности, потому что в течение этого времени нельзя было называть воров и убийц неграми или арабами. Хотя убивали именно они. А человека, который совершил преступление, можно было называть только бедным, несчастным ребенком, страдающим из-за социальной несправедливости. Сейчас это взорвалось. Общество к этому не готово. Только что я слышал речь мэра города Лилля, видной социалистки, она говорит: «Я, конечно, отрицаю всяческую возможность заговора, но нами замечено, что в город въехали машины с другими номерами». То есть эта банда откуда-то приехала. Есть исследования контрразведки, что Франция в течение 20 лет была объектом вербовки исламистов из Саудовской Аравии, из Афганистана. Постепенно во Франции создавали сеть. Они отрицают, что этих мальчиков тренировали, но так, как они действуют против полицейских отделений, - так могут действовать только хорошо обученные военные отряды. Смотрите, сколько в этих молодых людей вложили денег, но все это ни к чему не приводит. Правительство не может принять, что пришла другая иммиграция, с другим менталитетом. Давно надо было закрыть границы, но это неполиткорректно, они должны спалить половину Франции, прежде чем кто-то почешется. Ширак выступил с речью, что надо проявить твердость. Но что они могут сделать - у них же нет армии. Ширак из правого лагеря пошел на то, на что не отважился даже социалист Миттеран, который оставил всеобщую воинскую повинность. И те люди, что приходили в армию, видели, что существует другие люди, чему-то учились. Кроме того, - об этом все говорят, - в правительстве идет интрига, начинается борьба за власть, за президентское кресло, хотя выборы только в 2007 году. Министр внутренних дел Саркози единственный во Франции, кто говорит открытым текстом, что человек, который поджег машину соседа или детский сад, - это хулиган, а человек, который поджег автобус с людьми внутри, откуда еле вытащили парализованную женщину, почти полностью обгоревшую, этот человек преступник. В то время как все остальные говорят, что это бедные дети, у которых было тяжелое детство. Они не понимают, что ислам хочет захватить Францию, они не хотят это видеть, потому что это неполиткорректно. Может быть, за этим стоит еще и политическая интрига: ждут, что на этом несчастье Саркози сломает себе шею и это очень сильно облегчит им жизнь. И тогда они как-нибудь договорятся. Так Франция поступила во время Второй мировой, но зато сохранили население. Никакого быстрого выхода из этой ситуации нет, идет репетиция, была команда, и они еще порезвятся.

Владимир Васильев, бывший статс-секретарь МВД, председатель комитета Госдумы по безопасности: "Оказывается, их модели далеко не совершенны"

- Чтобы представить себя на чьем-то месте, надо быть настолько же компетентным. Убежден, что французы, которые работают в силовых ведомствах, в состоянии принять решение. В 90-х годах, реализуя программу против терактов, они сумели добиться результатов. Если будет проводиться системная работа по подстрекателям, организаторам, то они возьмут ситуацию под контроль. Но в этой проблеме силовая составляющая - не главная, там все гораздо сложнее. Последние месяцы (после терактов в Лондоне, событий в Париже) вообще происходит крушение стереотипов стабильности, на которые и мы раньше ориентировались. Оказывается, их модели далеко не совершенны и та система демократии, которой гордится Европа, не универсальна, если граждане страны начинают массово нарушать порядок. Сегодня Россия говорит, что решение надо искать более гибко, учитывая не только международные интересы, но и внутренние в каждом обществе.

Михаил Гришанков, зампред комитета Госдумы по безопасности, экс-полковник ФСБ: "Я сейчас не завидую спецслужбам Франции"

- Пусть каждый находится на своем месте, и я сейчас не завидую спецслужбам Франции, они не были готовы к такому выплеску уличной преступности. Но решение вопроса должно быть не только силовым. Уверен, что в акциях присутствуют и политическая составляющая, и хулиганская, эти акции наглядно показывают, что нет идеальных обществ. Как нет идеальных обществ в Америке, где мародеры грабили оставленный город. Есть и социальная доля. Но сейчас главное - загасить волну беспорядков, чтобы сделать выводы и принять меры.

Элла Памфилова, председатель комиссии по правам человека при президенте РФ:
"Мы должны воздержаться от спекуляций"

Это серьезная тема, и коротко не ответишь, но прежде всего я считаю, что наши политики типа Рогозина должны воздержаться от безответственных непрофессиональных заявлений о том, что вскоре в Москве вспыхнет подобное. Мы по крайней мере должны воздержаться от спекуляций.

Эдуард Лимонов, писатель, гражданин России и Франции: "Они не соглашаются быть обитателями гетто"

Этих арабских эмигрантов выдавливали в гетто - это порочная практика; и, как беднейшие слои населения, они остались на окраинах и, несмотря на социальную помощь и интеграцию во французское общество, оказались на окраине жизни и гражданами второго сорта. Хотя их много раз использовали против правых партий и Ле Пена, когда они выходили на демонстрации, тем не менее они не в больших ладах с французской реальностью и не соглашаются быть обитателями гетто. Полиция к ним относится по-особому: несмотря на французскую революцию, лучше иметь французскую фамилию в паспорте - это ясно всем. Я вообще мало верю в способность российской власти, в способность извлечь какие-либо уроки из чужого опыта, и я думаю, что она тупо будет стрелять, если здесь произойдет что-то подобное Франции.