В Москве на Малой сцене МХАТа им. Чехова были розданы награды участникам десятидневного театрального марафона. В забеге участвовали новые драматургические тексты и поставленные по ним представления. Первыми пришли "Бифем" (лучшая пьеса) и "Кислород" (лучший спектакль). Персонифицировав победившие названия, можно сказать так: первыми пришли немолодая уже женщина Людмила Петрушевская и мужчина в самом расцвете лет Иван Вырыпаев. И если победа "Кислорода" не нуждается в комментариях - это жутко талантливое, хотя во многих отношениях и противное мне поколенческое высказывание должно было победить не только в силу своей талантливости...

В Москве на Малой сцене МХАТа им. Чехова были розданы награды участникам десятидневного театрального марафона. В забеге участвовали новые драматургические тексты и поставленные по ним представления. Первыми пришли "Бифем" (лучшая пьеса) и "Кислород" (лучший спектакль). Персонифицировав победившие названия, можно сказать так: первыми пришли немолодая уже женщина Людмила Петрушевская и мужчина в самом расцвете лет Иван Вырыпаев. И если победа "Кислорода" не нуждается в комментариях - это жутко талантливое, хотя во многих отношениях и противное мне поколенческое высказывание должно было победить не только в силу своей талантливости, но и в первую очередь потому, что сам фестиваль замышлялся как возможность дать поколению высказаться, то победа "Бифема" тянет на важные размышлизмы. Это не просто заслуженная победа, это победа, которой не могло не быть. У "Кислорода" - как спектакля и как высказывания - все же наметились соперники (например, "Терроризм", поставленный Кириллом Серебренниковым по пьесе братьев Пресняковых). У "Бифема" как текста - во всяком случае, на мой взгляд - соперников не было. Людмила Петрушевская выглядела среди молодой драматургической поросли как гроссмейстер среди перворазрядников, живой классик среди дебютантов. Вот ведь казалось, что театр абсурда отговорил свое, превратился в очередной "изм", занял свое место на одной из полочек истории, но в талантливых руках он обрел новую жизнь. Вечные персонажи Петрушевской - мать и дочь - спорящие, враждующие, склочничающие оказываются в "Бифеме" одной плотью, эдакими сиамскими близнецами. Их садомазохистские комплексы явлены с потрясающей силой - ведь в едином организме чужая боль неизбежно становится твоей болью. Мы очень привязаны друг к другу. Чем больше любим, тем сильнее ненавидим. Чем сильнее ненавидим, тем больше привязаны. Это не поколенческое высказывание, не претензия на новые формы, не попытка вывести на сцену новых героев. Иными словами, эта пьеса не решает ни одну из тех задач, которые так или иначе призван решать фестиваль, но и фиг бы с ними. Это просто отличный текст. Их так мало. И ни один форум на свете не сделает так, что их станет больше. Ибо ни одному форуму не решить эстетических задач. Он в состоянии решать лишь задачи социокультурные: определять приоритеты, фиксировать тенденции. "Новая драма", кстати, и решает - пестует поколение, позволяет современной жизни врываться на подмостки во всей ее страшноватой красе, но рождение пьес на все времена вне сферы ее компетенции. Рождение таких пьес происходит в иных сферах. И надо отдать должное жюри, решившему, что судить в данном случае надо по гамбургскому счету. Прочие решения жюри тоже оказались разумными и взвешенными. Призы за лучшую мужскую и лучшую женскую роли получили соответственно ветераны движения "Новая драма" Ольга Лапшина и Артем Смола. Артисты хорошие. Получили заслуженно, но не за конкретную работу (формально ею очевидно был спектакль "Трансфер" по пьесе Максима Курочкина), а явно по совокупности. Лучшим режиссером был назван Михаил Бычков, стильно поставивший в своем Воронежском камерном театре две пьесы - Лаши Бугадзе и братьев Дурненковых, еще одного драматургического дуэта (не путать с братьями Пресняковыми - Пресняковы все же гораздо талантливее). Жаль, что никак не отмечен оказался спектакль по удивительному тексту широко известного в театральных кругах режиссера, драматурга и шамана Клима. Текст называется "Я...она... не я и я". Если вы испытываете малейшие сомнения в том, что человек может быть одновременно графоманом и гением, отбросьте сомнения - почитайте Клима. А еще лучше послушайте его в исполнении не менее удивительного артиста Александра Лысова, для которого "Я...она... не я и я", собственно, и был написан. Вскоре после закрытия фестиваля (оно, кстати, прошло в очень, я бы даже сказала - слишком, непринужденной обстановке: с инсталляциями, оглушительной дискотечной музыкой, оттяжным ведущим и незакомплексованными членами жюри) мне позвонил мой хороший знакомый и сказал: ну что, по-моему, это - в смысле фестиваль - отличный детский сад. Сейчас, подумавши, я бы ответила ему так: когда вокруг пруд пруди домов престарелых, я не прочь зайти иногда в детский сад. Ведь именно там (а где же еще?) можно услышать звонкие голоса, потрясающие неологизмы, нетривиальные сентенции и узнать о существовании новых, чрезвычайно забавных игр.