Зрительный зал "Ленкома" стал съемочным павильоном - кресла опутаны кабелями, пространство рассек операторский кран, над сценой зависли камеры, в проходе мерцают мониторы. Едва ли не впервые в нашей театральной практике спектакль снимается у себя на сцене, но - как полноценное кино. Первенец - рок-опера "Юнона" и "Авось" Алексея Рыбникова и Андрея Вознесенского

Один из первых настоящих отечественных мюзиклов появился на свет в застойном 81-м, и тогда все, от авторов до зрителей, удивлялись, как это почти молитвенное музыкальное действо пришло через партийную цензуру. Прошло. И выдержало проверку двумя десятилетиями: зал по-прежнему полон зрителей, а бессменный Николай Караченцов - граф Резанов, открыватель Америки для России, - неукротимой энергии. Спектакль сыгран почти 800 раз на стационаре и на гастролях. Он стал легендой, достопримечательностью Москвы, увидеть которую повезло немногим. Один показ по телевидению дал бы ему несопоставимо больше зрителей, чем за все двадцать лет театральной жизни. Но в трансляции любой спектакль непоправимо теряет, и даже вполне качественная запись, когда-то сделанная англичанами, не может передать его атмосферы. Поэтому новые съемки - всерьез. Их осуществляет продюсерская компания "Профит Арт", задача которой - воплощать музыкальные проекты композитора Алексея Рыбникова. Как рассказывает ее генеральный директор Владимир Солодовников, все делается с применением самой современной цифровой техники, причем видеоверсия легко может быть переведена на кинопленку. Премьера состоится на телеканалах РТР и "Культура", в декабре выйдут аудио-CD, затем видеокассеты, видео-CD и DVD. Рыбников сделал новую музыкальную редакцию, а запись звука осуществлена на техническом уровне, который двадцать лет назад никому не снился. Иными словами, "Юнона" рождается второй раз и посягает на бессмертие. Камерами командует один из лучших наших кинооператоров Игорь Клебанов. Штабом руководит Марк Захаров, создатель целого направления в отечественном телекино и, в сущности, один из авторов классического спектакля. Процесс съемок, в свою очередь, тоже фиксируется на пленку - режиссер Андрей Железняков и оператор Юрий Ермолин готовят документальный фильм, который войдет в задуманный блок и тоже будет написан на видеоносителях. Один из премьерных показов, говорит Владимир Солодовников, состоится в Сан-Франциско - "там все корни. Мы туда ездили недавно, нашли и сняли для фильма могилу легендарной Кончиты - Консепсии де Аргуэльо, которая Резанова полюбила и ждала его возвращения всю жизнь. Мэр города обещал предоставить для премьеры один из лучших кинотеатров в центре Сан-Франциско - потому что память о Кончите там священна, а в городе живет более двухсот тысяч переселенцев из России". Рассказывает Марк Захаров. - Инициатива съемок принадлежит "Профит Арту". Его президент, уральский промышленник Андрей Дробышев, впервые посмотрел наш спектакль и решил вложить в него деньги. Для реализации этой идеи компания привлекла операторскую группу, которая оснащена современной аппаратурой и хорошо знает профессию. И я за это очень благодарен, потому что, к сожалению, в последнее время чаще сталкивался с людьми полупрофессионального свойства. Так что работа шла хотя и напряженно, но - не мучительно и во многом приятно. Телеверсия "Юноны" будет отличаться от сценической: очень скоро стало нам ясно, что придется изменить многие мизансцены - искать кинематографический эквивалент. - Насколько я мог наблюдать, вы предпочитаете короткий монтаж. - В фильме будут и короткие нарезки и продолжительные, но я понимал, что даже на общем плане фигуры артистов не должны уподобляться муравьям, - нужно искать такие мизансцены, которые сделают мимику и пластику хорошо видимыми на телеэкране. Поэтому особое внимание - динамике внутри кадра. - Если фильм для ТВ, почему он снимается в формате кашированного - полуширокоэкранного - кадра? - "Профит Арт" рассчитывает сделать вариант еще и для большого экрана. К тому же и формат телекадра сейчас все чаще приближается к широкоэкранному. - Съемки заняли пять дней и закончены - вы испытываете что-то вроде глубокого удовлетворения? - В последний раз это чувство посещало меня лет сорок назад в дни политических праздников. А сейчас я содроганием думаю о предстоящем монтаже. Некоторые моменты, мне показалось на мониторе, выстроены достаточно выразительно и по цвету и по свету. Мы хотели максимально отойти от скучного бытового кино. - Думаете ли вы вот так же сохранить другие спектакли "Ленкома"? - Для этого пришлось бы заложить бюджет, промежуточный между богатым спектаклем и среднестатистическим фильмом. Остановить работу театра и приспособить зал под павильон. Поэтому теоретически я этого хотел бы, но найдутся ли люди, которые этого тоже захотят, пока не знаю.